Модные сумки весна-лето 2017

Модные сумки весна-лето 2017

Модная обувь весна-лето 2017

Модная обувь весна-лето 2017

Модные платья весна-лето 2017

Модные платья весна-лето 2017

Модные цвета 2017

Модные цвета 2017

Картина девушка в белом платье третьяковка


красавицы на картинах Васнецова, Крамского, Брюллова и других.

И барышни, и крестьянки... Женская красота не делится на сословия. Она лишь вдохновляет на создание шедевров. И порою именно женские портреты заставляют помнить имя художника не годы, но века. Вспомним истории знаменитых красавиц с Натальей Летниковой.

Пленительность и мечтательность 18-летней графини Марии Лопухиной из рода Толстых донес до наших дней из ХVIII века Владимир Боровиковский. Жизнь красавицы оказалась коротка – в 23 умерла от чахотки. Портрет сразу сочли мистическим: якобы отец Марии, эзотерик, заманил дух дочери на это полотно.

Портрет М. И. Лопухиной. В. Л. Боровиковский. 1797 г.

Грусть Аленушки – по сюжету сказочному, но написана картина с реальной девушки. Приметил ее Виктор Васнецов в усадьбе Ахтырка. Одиночество и «русская тоска» определили сюжет. А черты, по признанию художника, – Веруши Мамонтовой, дочери известного мецената. Вторит девичьей печали и природа, переплетаясь с поэзией народных сказаний.

«Алёнушка». Виктор Васнецов. 1881 г.

Самая известная «Неизвестная». Сто лет догадок об особе, взирающей свысока из экипажа на Аничковом мосту. В прототипы прочили горничную столбовой дворянки Бестужевой, жену художника и даже дочь Екатерины Долгорукой и Александра II. Где истина? Ни слова, ни намека – ни в письмах Крамского, ни в его дневниках.

«Неизвестная». Иван Крамской. 1883 г.

Кружевница, которая принесла славу художнику. Лукавая мастерица лишь на мгновение отвлеклась от работы… Василий Тропинин – крепостной, получивший вольную в 47 лет, – уловил и передал на холсте тихую красоту, чем заслужил диплом живописца Академии художеств. А его творение открыло «жанровый портрет».

«Кружевница». В. А. Тропинин. 1823 г.

София Августа Фредерика Ангальт-Цербстская, или просто – Екатерина II. Этой императрице Россия обязана веком Просвещения. Императрице и женщине. «Она была снисходительна, любила жизнь, отличалась веселостью нрава» – словесный автопортрет-эпитафия. И портретов было множество. И на всех, как на картине Рокотова, величие соседствует с грацией.

Портрет императрицы Екатерины II. Ф. С. Рокотов. 1763 г.

Жизнь за любовь. «Бедная Лиза» Карамзина вдохновила художника Ореста Кипренского на создание по портрету литературному портрета живописного. Может, потому, что сюжеты схожи в повести и в жизни… Сам Кипренский – внебрачный сын помещика Дьяконова. И печальная красавица на портрете как немой укор коварным обольстителям.

«Бедная Лиза». О. А. Кипренский. 1827 г.

«Летящий ангел». Так именовали в Италии работу русского художника Карла Брюллова. Вместо привычного парадного портрета полководца на коне – амазонка. Всадница Джованина и маленькая Амацилия – приемные дочери графини Самойловой. Юлия Самойлова – муза и натурщица «великого Карла». Но главный успех все же достался ее воспитанницам.

«Всадница». Карл Брюллов. 1832 г.

Картина как жизненный итог. Женщина-легенда Елизавета Тараканова называла себя дочерью Елизаветы Петровны, а еще персидской принцессой. Притязания на престол привели самозванку в Петропавловскую крепость, где она и умерла. Портрет работы Константина Флавицкого – самый яркий рассказ о ее жизни, полной загадок.

«Княжна Тараканова». К. Д. Флавицкий. 1864 г.

Дама déshabillé, или Солнечное утро Зинаиды Серебряковой. Солнца на картине нет, но она как бы пронизана лучами. Наверное, из-за полуулыбки художницы. Автопортрет был написан «на безрыбье» – зимой натурщиков в окрестностях имения художницы было не найти. Так и появилась картина «За туалетом».

«За туалетом. Автопортрет». Зинаида Серебрякова. 1909 г.

Не совсем обычный портрет: не то таинственной девушки, не то утреннего города. «Новая Москва». Юрий Пименов, сам того не желая, создал «эталон соцреализма». А художник просто смотрит на мир глазами девушки. Капля импрессионизма и ощущение движения делают обычный город необыкновенным. Как всегда, когда на картине Женщина. Даже если не видно ее лица…

«Новая Москва». Ю. И. Пименов. 1937 г.

www.culture.ru

Женщины в картинах знаменитых отечественных художников (120 картин)

Дорогие женщины! Поздравляю вас с наступающим праздником — Международным Женским Днем! Эту свою публикацию, как и предыдущую, в которой я рассказывала о женских образах в картинах зарубежных художников: babiki.ru/blog/kulturnoe-nasledie/39336.html, я хочу посвятить милым и очаровательным женщинам — ведь без них человечество просто не существовало бы. В этой публикации вы сможете увидеть женщин разных эпох, национальностей, возрастов, социального и семейного положения, взглядов на мир, реальных и вымышленных, таких, какими их видели запечатлевшие их художники, и какими они притягивали восхищенные взгляды зрителей в свое время и продолжают притягивать много веков спустя.

Василий Тропинин “Кружевница”

Константин Маковский “Под венец”

Дмитрий Левицкий “Екатерина II — законодательница в храме богини Правосудия”

Карл Брюллов “Портрет сестер Шишмаревых”

Алексей Венецианов “На жатве. Лето”

Федор Рокотов “Портрет Александры Петровны Струйской”

Карл Брюллов “Портрет графини Юлии Павловны Самойловой удаляющейся с бала с приемной дочерью Амацилией Паччини”

Григорий Лапченко “Сусанна, застигнутая старцами”

Всеволод Иванов «Анастасия»

Н. Касаткин «Соперницы»

Ф. Сычков «Зима. У изгороди»

И. Семеновский «Зима»

К.А.Сомов “Спящая молодая женщина”

О.А.Кипренский “Портрет Авдотьи Ивановны Молчаловой с дочерью Елизаветой”

И.Я.Билибин “Василиса и белый всадник”

В.И.Гау “Портрет цесаревны великой княгини Марии Александровны”

К.П.Брюллов “”Бахчисарайский фонтан”.Жены Гирея у фонтана”

И.К.Макаров “Портрет Н.А.Пушкиной”

О.А.Кипренский “Портрет Екатерины Сергеевны Авдулиной”

Т.А.Нефф “Купальщица”

Ф.С.Журавлев “Девичник в бане”

Г.И.Семирадский “Сцена из римской жизни”

Ф.С.Журавлев “Нагая женщина”

Б.М.Кустодиев “Красавица”

В.Л.Боровиковский “Лизынька и Дашинька”

П.Н.Орлов “Портрет неизвестной в придворном русском платье”

С.В.Бакалович “Гречанка”

С.В.Бакалович “Октябрь”

И.К.Макаров “Портрет Н.Н.Пушкиной (Ланской)”

В.Д.Поленов “Бабушкин сад”

И.К.Макаров “Портрет М.А.Пушкиной”

И.К.Макаров “Портрет Ольги и Варвары Араповых”

И.К.Макаров “Портрет императрицы Марии Александровны (1824-1880), жены Александра II”

В.Э.Борисов-Мусатов “Гобелен”

К.А.Коровин “Портрет артистки Татьяны Спиридоновны Любатович”

А.Г.Венецианов “Крестьянка с васильками”

Б.М.Кустодиев “Купчиха за чаем”

М.И.Скотти “Итальянка”

А.Е.Архипов “Крестьянка”

Н.А.Касаткин “Шахтерка”

П.Ф.Соколов “Портрет С.А.Урусовой”

Б.М.Кустодиев “Русская Венера”

Т.А.Нефф “Купальщица”

Г.И.Семирадский “Отдых”

М.В.Нестеров “Великий постриг”

К.П.Брюллов “Портрет графини Ольги Ивановны Орловой-Давыдовой с дочерью Наталией Владимировной”

В.Э.Борисов-Мусатов “Водоем”

К.А.Сомов “Конфиденции”

И.К.Макаров “Семейный портрет Ратыковских-Рожковых”

П.Ф.Соколов “Портрет И.Г.Полетики”

К.В.Лебедев “В вагоне”

С.В.Бакалович “Сцена из римской жизни”

В.М.Максимов “Сборы на гулянье”

Ф.С.Журавлев “Знахарка”

В.И.Гау “Н.Н.Пушкина”

И.С.Горюшкин-Сорокопудов “Листопад”

А.Е.Архипов “Молодая крестьянка в красной кофте”

А.Е.Архипов “Крестьянская девушка за рукоделием”

В.А.Серов “Летом. Портрет Ольги Федоровны Серовой”

С.К.Зарянко “Портрет княжны М.В.Воронцовой”

А.И.Корзухин “Девичник”

А.И.Корзухин “Бабушка с внучкой”

В.Е.Маковский “Портрет Марии Михайловны Волконской”

К.П.Брюллов “Всадница”

В.Э.Борисов-Мусатов “Весна”

П.Н.Орлов “Портрет Марии Аркадьевны Бек”

В.Л.Боровиковский “Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке”

С.А.Виноградов “Бабы”

Д.Г.Левицкий “Портрет Анны Давиа Бернуцци”

Д.Г.Левицкий “Портрет Екатерины Романовны Дашковой”

Д.Г.Левицкий “Портрет воспитанницы Императорского воспитательного общества благородных девиц Екатерины Ивановны Нелидовой”

И.Н.Крамской “Неизвестная”

Т.А.Нефф “Портрет Полины Виардо”

И.К.Макаров “Портрет Вишнюковой”

А.Е.Архипов “Девушка с кувшином”

А.Г.Венецианов “Кормилица с ребенком”

К.А.Сомов “Язычок коломбины”

В.Е.Маковский “Портрет жены художника Юлии Павловны Маковской”

Т.А.Нефф “Портрет великой княжны Марии Николаевны”

Т.А.Нефф “Портрет великой княжны Екатерины Михайловны”

В.Л.Боровиковский “Портрет Дарьи Алексеевны Державиной”

К.П.Брюллов “Итальянский полдень”

А.Е.Архипов “В гостях”

А.Г.Венецианов “Девушка в платке”

И.Я.Билибин “Красная девица перед царством Финиста Ясна Сокола”

Г.И.Семирадский “У источника”

В.М.Васнецов “Аленушка”

Ф.А.Бруни “Пробуждение граций”

П.Н.Орлов “Портрет неизвестной с фрейлинским шифром императрицы Александры Федоровны”

В.И.Гау “Портрет великой княжны Александры Николаевны”

И.К.Макаров “Портрет АМ Челищевой”

П.Ф.Соколов “Портрет П.Н.Рюминой”

К.А.Сомов “Дама в голубом”

В.Л.Боровиковский “Портрет Марии Ивановны Лопухиной”

Т.А.Нефф “Портрет великих княжон Марии Николаевны и Ольги Николаевны”

Б.М.Кустодиев “Сенокос”

Н.А.Касаткин “Девушка у изгороди”

О.А.Кипренский “Портрет Дарьи Николаевны Хвостовой”

Д.Г.Левицкий “Портрет Марии Алексеевны Дьяковой”

А.Г.Венецианов “На пашне. Весна”

Н.В.Невреев “Василиса Милентьевна и Иван Грозный”

В.М.Васнецов “Три царевны подземного царства”

А.Г.Венецианов “Купальщицы”

М.А.Врубель “Царевна-лебедь”

В.Е.Маковский “Портрет Марии Федоровны, жены Александра III”

П.Н.Орлов “Групповой портрет сестер: писательницы графини Елизаветы Васильевны Салиас де Турнемир художницы Софьи Васильевны Сухово-Кобылиной и Евдокии Васильевны Петрово-Солово”

А.Г.Венецианов “Крестьянка с косой и граблями (Пелагея)”

К.П.Брюллов “Девушка, собирающая виноград в окрестностях Неаполя”

Н.А.Ярошенко ”Портрет актрисы Пелагеи Артемьевны Стрепетовой”

В.А.Тропинин “Золотошвейка”

А.А.Харламов “Мать и дочь”

К.А.Сомов “Портрет Ефимии Павловны Носовой”

В.А.Тропинин “Пряха”

В.А.Тропинин “Девушка со свечой”

Н.И.Фешин “Чувашские девушки”

А.А.Харламов “Портрет южанки с шалью и гирляндой роз”

Н.А.Ярошенко “Курсистка”

В.А.Тропинин “Девушка с горшком роз”

И.Н.Крамской “Портрет императрицы Марии Федоровны”

В.Л.Боровиковский “Портрет Елены Александровны Нарышкиной”

babiki.ru

что носили дамы с портретов 18-20 веков.

Платья на фижмах и домашние капоты, кружевные косынки и огромные шляпы. Вспоминаем, что носили красавицы с портретов известных русских художников.

Сарра Фермор в «робе»

Иван Вишняков. Портрет Сарры Элеоноры Фермор. 1749–1750. Государственный Русский музей

Героиня портрета была дочерью Виллима Фермора, русского государственного и военного деятеля с шотландскими корнями. Портрет Иван Вишняков написал, когда Сарре Фермор было десять лет. В XVIII веке парадные костюмы для девочек такого возраста уже во всем копировали взрослые платья, вплоть до жесткого корсета.

Повседневный женский костюм в ту эпоху был хотя и объемным, но все-таки выглядел проще. На Саре же надет самый торжественный из возможных нарядов — придворный. Этот тип костюма утвердился при французском дворе в последней трети XVII века и менялся с годами мало. В России его называли «робой». Лиф такого платья — по-русски его называли «шнурованье» или «снурованье» — прокладывали китовым усом, и он становился настолько жестким, что корсет под него надевать не требовалось. Также в «робу» входила юбка на специальном широком каркасе — фижма, и шлейф, если статус дамы его предусматривал.

Платье Сарры Фермор сшито из дорогого, с муаровыми переливами, шелка. Ткани с разбросанными по светлому фону цветами были в ту эпоху очень модными. Техника «броше» позволяла выводить цветные нити на разных участках, и узоры получались очень разнообразными. В те годы шелк закупали в Англии — центр производства находился в районе Спитлфилдз в Лондоне, а рисунки на ткани выполняли по французским образцам. Такие дорогие детские платья потом перешивали на новый рост, отдавали в театр на костюмы или в церковь — на ризы и покровы.

Екатерина II в чепце и капоте

Владимир Боровиковский. Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке (с Чесменской колонной на фоне). 1794. Государственная Третьяковская галерея

Императрицу Екатерину II Владимир Боровиковский, вопреки обыкновению, написал не в парадном зале, а в парке, на прогулке. Картина могла бы стать иллюстрацией для заключительной сцены «Капитанской дочки» Александра Пушкина. По сюжету Маша Миронова встречает в парке даму «в белом утреннем платье, в ночном чепце и душегрейке» и не понимает, что это сама Екатерина II.

В отличие от своей предшественницы Елизаветы Петровны, обожавшей наряжаться, Екатерина Алексеевна была достаточно сдержанна в выборе одежды. Она соблюдала все правила, когда выбирала платье для официальной церемонии, но в повседневной жизни одевалась весьма скромно. Ее кабинет-секретарь Адриан Грибовский вспоминал, что по утрам императрица обычно носила «простой чепец, белый атласный или гродетуровый капот». Именно в таком костюме мы видим ее на портрете, разве что капот — просторная распашная одежда с длинными рукавами и застежкой спереди — не белый, а голубой. Судя по сдержанному блеску ткани, это может быть именно гродетур — разновидность дорогого плотного шелка, который изначально создавался во Франции и был назван в честь города Тура. В русском языке название «гродетур» со временем исказилось, и в среде русского купечества материю стали называть «гарнитур».

Пусть портрет работы Боровиковского и не парадный, но изображена на нем императрица. Поэтому и домашний костюм ее очень изысканный — с серебряной отделкой, кружевными манжетами и воротником в стиле ренессанс. Да и чепец Екатерины II затейлив — с оборкой по краю и пышными драпировками тульи, — а капот, скорее всего, скрывает белое утреннее платье.

Наталья Гончарова в воздушном наряде

Александр Брюллов. Портрет Н.Н. Пушкиной (урожденной Гончаровой). 1831–1832. Всероссийский музей А.С. Пушкина

Юная Наталья Гончарова изображена на портрете в легком невесомом платье. Однако чтобы создать такое впечатление, требовалась прочная основа: тугой корсет, подчеркивающий талию, и несколько нижних юбок, чтобы поддерживать широкое платье. Иногда сзади у талии даже подкладывали небольшой мягкий валик.

Рукава — это самый эффектный элемент дамского костюма той поры. Короткие поддерживающие рукавчики почти скрывались за оборками декольте, их называли «беретами» из-за сходства с широким головным убором. Чтобы платье держало форму, под него надевали специальные нарукавники или ставили на плотную подкладку. В конце 1820–30-х короткие рукава стали дополнять широкими и длинными — из тюля, газа и других прозрачных тканей. Так платье выглядело изящнее и при этом сохраняло модный силуэт.

Отделка декольте на платье Гончаровой состоит из двух рядов кружев. Слева и справа между ними вставлены «погончики»: дамы прибегали к разным ухищрениям, чтобы сделать линию плеч как можно более широкой. Так по контрасту с плечами и пышной юбкой, талия казалась еще более тонкой.

На голове у Натальи Гончаровой корона, но не из драгоценностей, а из туго заплетенных кос. Гладко уложенные, расчесанные на пробор волосы с пучком сзади — это прическа «а ля Малибран». Ее назвали так в честь знаменитой певицы Марии Малибран, старшей сестры Полины Виардо. На открытом лбу у Натальи Гончаровой украшение — фероньерка. Они были известны еще со времен Ренессанса, и в первой половине XIX века вновь вошли в моду. Примерно в таком наряде — белом платье и золотом обруче — Александр Пушкин впервые увидел свою будущую жену.

Елизавета Мартынова в старинном платье

Константин Сомов. Дама в голубом (Портрет Е.М. Мартыновой). 1897–1900. Государственная Третьяковская галерея

Свою современницу и соученицу Елизавету Мартынову Константин Сомов изобразил в старинном платье. Оно должно было навевать мысли о минувших эпохах, а в особенности — о XVIII веке, столь любимом и самим художником, и его коллегами по объединению «Мир искусства».

Судя по крою, синее шелковое платье было сшито в 1850-х, в эпоху «второго рококо». Тогда дамы носили платья с огромными юбками по моде XVIII века.

Однако у наряда Мартыновой есть и собственная загадка. Из-под его длинных широких рукавов выглядывают белые нижние. Скорее всего, они были съемными — в 1850-х такая модель была очень популярной. Пикантный нюанс: так шили только дневные платья, а значит, у него не должно быть такого глубокого выреза. В XIX веке женщина могла носить декольтированные наряды исключительно вечером. Сомов обнажил хрупкие плечи своей модели и окутал ее косынкой, отделанной кружевом. Она подсвечивает лицо Елизаветы Мартыновой, выделяя его на темном фоне, и тоже напоминает о моде XVIII века: в дамских журналах похожие называли «а ля Мария-Антуанетта». Кроме того, по всей видимости, косынка прикрывает то, что пришлось сделать с лифом платья ради портрета — срезать его верхнюю часть ради художественной выразительности.

Княгиня Орлова в шляпе «величиной с поднос»

Валентин Серов. Портрет О.К. Орловой. 1909–1911. Государственный Русский музей

Княгиня Ольга Орлова была блестящей светской львицей и прекрасно разбиралась в моде. Как вспоминал Александр Бенуа, эта элегантная дама «знала большой толк в нарядах». На портрете кисти Серова ее платье почти полностью скрыто собольим палантином, зато от головного убора трудно отвести глаза.

Об огромной шляпе княгини часто пишут, что она непропорционально велика. Княгиня следила за модой и носила пышные головные уборы: в 1910-х годах женские шляпы быстро «росли». В модных журналах появлялись все более и более объемные модели, пожалуй, самые внушительные за всю историю европейского костюма. Перья, банты, волны тюля, газа, шелка — на фоне некоторых журнальных иллюстраций головной убор Орловой выглядит весьма сдержанно и скромно.

Дочь Серова, Ольга, вспоминала визит Орловой к отцу. Ольга Серова и ее подруга мечтали рассмотреть поближе известную красавицу и модницу. Однако в окно девушки мало что увидели, кроме широких полей огромной черной шляпы «величиной с поднос, на которой лежали большие розы».

Когда портрет был готов, княгине Орловой не понравилось, что шляпа оказалась центром композиции. Князь Феликс Юсупов ехидно описывал в своих «Мемуарах», как некая великосветская петербургская красавица уговорила художника написать ее портрет, а тот вынудил ее позировать в головном уборе с широкими полями: «Красавица возмутилась было, но Серов отвечал дерзостью, что весь смысл картины — в шляпе». Имени светской дамы в Юсупов в книге не назвал, но современникам было понятно, о ком речь.

www.culture.ru

Что носили красавицы с известных портретов

Лаконичные платья и роскошные меха, яркие блузы и русские шали — вспоминаем, какую одежду носили героини известных картин русских художников.

Мария Лопухина

Владимир Боровиковский. Портрет Марии Лопухиной. 1797. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Мария Лопухина, сестра Федора Толстого и жена егермейстера, действительного камергера Степана Лопухина, объединяла два старинных русских рода.

Портрет Лопухиной написал в 1797 году Владимир Боровиковский. Как раз в это время — на рубеже двух столетий — в моду вошел неоклассицизм. Плотные платья с пышными юбками сменялись на простые легкие наряды из хлопка с завышенной талией в античном стиле. В России был популярен греческий стиль, а в последние годы правления Екатерины II в придворный гардероб вошло праздничное «греческое платье» — белое, подпоясанное под грудью кушаком. Именно в такой лаконичный наряд и одета Мария Лопухина.

В неглубоком декольте платья виднеется сорочка с высоким воротником. С ее помощью можно было сделать наряд совсем скромным, закрыв вырез. Золотистые полоски на светло-голубом кушаке гармонируют с единственным украшением — браслетом из тонких золотых цепочек. Складки светло-сиреневой шали еще больше приближают наряд к античным образцам, напоминая о драпированных одеяниях.

Узнайте о судьбах других красавиц с портретов

Через несколько лет после того, как портрет был написан, молодая женщина — ей было всего 24 года — умерла от чахотки. Но, как написал позднее поэт Яков Полонский, «красоту ее Боровиковский спас».


Екатерина Авдулина

Орест Кипренский. Портрет Екатерины Авдулиной. 1822–1823. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Екатерина Авдулина одета в платье с завышенной талией, модное в первой четверти XIX века. Оно очень сдержанное и, возможно, даже траурное. Однако на плечах у нее нарядная ярко-желтая шаль. Об этом престижном аксессуаре модницы тогда мечтали. Самые роскошные шали, из Кашмира, «кашмирские» (сегодня их называют «кашемировые»), были самыми дорогими. В журнале «Московский телеграф» в то время писали: «Кашмирские шали, квадратные или шарфообразные, в большой моде. Цвет последних белый или пестрый; но края всегда бывают превосходной работы. Такая шаль видом похожа на шелковую, но легче и делается из драгоценной шерсти тибетских коз».

Привозные накидки стоили дорого, а спрос на них был большим. И в России, в губерниях Среднего Поволжья, зародилось собственное производство. Одни мастера создавали шали по подобию восточных, другие изобретали собственные приемы. Так возникла техника двустороннего ткачества, когда узоры на накидке были одинаково хороши и с лицевой, и с изнаночной стороны. На мануфактуре братьев Гучковых изготавливали первые в России шали с затканными в одно целое с полотном каймами. Одно из самых известных производств принадлежало братьям Колокольцовым. Сегодня их шали хранятся в музейных коллекциях, например в Государственном Эрмитаже.


Юлия Самойлова

Карл Брюллов. Портрет графини Юлии Павловны Самойловой, удаляющейся с бала с приемной дочерью Амацилией Паччини (Маскарад). Не позднее 1842 года. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Карл Брюллов не раз писал свою покровительницу и возлюбленную — экстравагантную красавицу графиню Юлию Самойлову. Художник очень точно показал особенности костюмированных балов того времени. В XIX веке силуэт и крой платья всегда соответствовали моде, а о прошедших эпохах могли напоминать лишь детали. Платье Юлии Самойловой с глубоким декольте, лифом, подчеркивающим грудь, и почти полностью открытыми руками — типичное вечернее платье самого конца 1830-х и начала 1840-х. О средневековом одеянии напоминают в основном материалы и отдельные элементы: обильная отделка мехом горностая, юбка из чередующихся частей красного и белого шелка, а также длинная церемониальная мантия.

Бурное увлечение эпохой Средневековья началось в 1820-х. Поначалу оно касалось только литературы, а затем перекинулась и на другие области, в том числе и на костюм. Даже в повседневных платьях появились длинные рукава в средневековом стиле, а гладкие женские прически стали закрывать уши, напоминая о XIII веке. В аристократических салонах разыгрывали живые картины в соответствующих нарядах, а на свежем воздухе устраивались турниры. В эпоху романтизма культуру Средних веков открывали заново и идеализировали. И графиня Самойлова, страстная и отважная натура, предстала перед зрителями в костюме рыцарских времен.


Неизвестная

Иван Крамской. Неизвестная. 1883. Государственная Третьяковская галерея, Москва

До сих пор неизвестно, кто именно изображен на одной из самых знаменитых и загадочных картин Ивана Крамского. Но для аристократки героиня полотна выглядит недостаточно изысканно.

В 1883 году дамы снова, после некоторого перерыва, стали носить турнюры — специальные накладки, которые крепили сзади ниже талии. Сидеть в такой юбке можно было лишь боком. Героиня Крамского же полностью откинулась на спинку открытого экипажа — на ней или вообще нет турнюра, или он совсем невелик. А это значит, что она не стремится следовать последним модным тенденциям.

Молодая женщина, скорее всего, одета в манто — популярную верхнюю одежду XIX века, которую шили во множестве вариантов. Например, манто «Скобелев» названо в честь Михаила Скобелева, знаменитого генерала, участника Русско-турецкой войны. Один из модных журналов конца 1870-х описывал его так: «Бархатное, велюровое или шерстяное с шелком манто с очень узкими руками, отороченное кругом мехом». К 1883 году модель «Скобелев» уже начала выходить из моды.

Какие еще головные уборы были популярны в России – с XVIII по XX век

На голове у незнакомки — мягкая шляпка без полей, так называемый «ток». Головные уборы в стиле Ренессанса в XIX веке нередко называли в честь известных личностей той эпохи. Например, в журнале «Модный магазин» за 1879 год была очень похожая модель под названием «Генрих III». В описании шляпки сказано, что ее «очень легко устроить самим». И в самом деле, в отличие от большинства модных головных уборов начала 1880-х, для нее не нужна плотная основа. Кусок бархата, материал для подкладки, немного усилий — и незатейливая шляпка готова.


Дама в красном платье

Илья Репин. Дама в красном платье (фрагмент). 1889. Государственная Третьяковская галерея, Москва

В своих воспоминаниях Михаил Нестеров так описал этот портрет: «Баронесса Икскуль была изображена на нем в черной кружевной юбке, в ярко-малиновой блузке, перехваченной по необыкновенно тонкой талии поясом; в малиновой же шляпке и с браслеткой на руке». Варвара Икскуль фон Гильденбанд была женой дипломата, литератором, издателем, хозяйкой литературно-художественного салона и занималась благотворительностью. Ее костюм — и демократичный, и изысканно-аристократический — многое рассказывает о хозяйке.

Она одета в гарибальдийку, которая вошла в моду еще в начале 1860-х. Блузу назвали в честь героя Джузеппе Гарибальди, который боролся за освобождение Италии от власти австрийцев. Он и его сторонники носили ярко-красные рубашки, а мода превратила их в деталь женского костюма. Такие блузы шили из тонкой шерсти, хлопка или шелка, заправляли в юбки или носили навыпуск.

По сравнению с плотно облегающими лифами платьев, блузы были гораздо удобнее: меньше сковывали тело, их можно было надевать с разными юбками, за ними было проще ухаживать. Особенно они полюбились курсисткам, которые стремились получить образование и жить собственным трудом. Знаменитый математик Софья Ковалевская в своей повести «Нигилист» описывала их так: «Все три девушки были одеты в черные юбки и цветные гарибальдийки, подпоясанные у пояса кожаными кушаками».

А о том, кто одевал членов императорской семьи, – читайте здесь

Конечно, элегантная светская дама обыграла скромный костюм: ее блуза идеально подогнана по фигуре поверх туго затянутого корсета, широкая золотистая отделка на манжетах сочетается с золотыми украшениями, с виду скромная черная юбка обшита воланами и кружевом. На голове у Варвары Икскуль — эффектная высокая шляпка в тон блузки, украшенная широкой лентой и тончайшей черной вуалью. На портрете баронесса — между двумя мирами, аристократическим и демократическим — как и в жизни.

Автор: Марьяна Скуратовская

www.culture.ru

Художник Сергей Зарянко в Третьяковской галерее.

В настоящее время в Третьяковской галерее (Лаврушинский пер.) проходит камерная выставка картин, созданных русским художником Сергеем Константиновичем Зарянко. Юбилейная выставка посвящена 200-летию со дня рождения художника. Небольшой зальчик, примыкающий к залу №10 (где картина А.И. Иванова "Явление Христа народу") освободили от эскизов и этюдов к этой картине и разместили несколько работ художника Зарянко.

Центральное место (напротив входа в зал) занимает знаменитая картина Зарянко с изображением Марии Васильевны Воронцовой. Ниже я помещаю портрет М.В. Воронцовой не с выставки Зарянко (не поместился в кадр), а тот, что находится в постоянной экспозиции Третьяковской галереи.


Зарянко С.К. Портрет светлейшей княгини М.В. Воронцовой. 1851 г.

У этой картины всегда толпится народ. Восхищаются мастерски нарисованным платьем, всем обликом красивой женщины и шепчутся с видом знатоков. Фамилия Воронцовой многих сбивает с толку, думают, что на картине портрет возлюбленной Пушкина, той самой, что была женой наместника Михаила Воронцова, про которого Пушкин в 1823 году написал знаменитую эпиграмму:

Полу-милорд, полу-купец,
Полу-мудрец, полу-невежда,
Полу-подлец, но есть надежда,
Что будет полным наконец.

Разумеется, Пушкин был не прав, граф Воронцов не был таким. Поэтом руководили ревность и неприязнь к Воронцову, которому он обязан был подчиняться по должности. У Пушкина были сильные чувства к жене Воронцова Елизавете Ксаверьевне, которые были взаимными.

Но их любовь – это тема отдельного рассказа и к моему нынешнему сообщению не относится. Просто хочу ещё раз напомнить, что на картине Зарянко изображена не Елизавета Ксаверьевна Воронцова – любовь и муза Пушкина, - а Мария Васильевна, жена сына Воронцовых Семёна Михайловича. То есть на картине Зарянко изображена невестка Михаила Семёновича и Елизаветы Ксаверьевных. К тому же Елизавета Ксаверьевна была графиней, а Мария Васильевна княгиня. На табличке это указано. Во время службы Пушкина у Воронцова Мария Васильевна была ещё ребёнком (родилась в 1819 году).

О Воронцовых и о портрете М.В. Воронцовой я написала здесь.


Зал, посвящённый творчеству С.К. Зарянко. Портрет Воронцовой на стене слева.

В данной записи представлены не все картины картины Зарянко с выставки (как всегда подвела подлая техника), но и те, что представлены ниже, дают понять, каким талантливым портретистом был Сергей Константинович. В своё время имя художника было широко известным, но в 1860-е годы о нём стали забывать. На смену пришло новое поколение, которые посредством живописи воспевало эстетику критического реализма. Зарянко не захотел меняться и продолжал работать в свойственной ему живописной манере. Его новые работы подвергались критике за "натуралистичность и ремесленный подход к натуре".
Непонимание сильно огорчало художника. Он скончался в Москве 20 декабря 1870 года в возрасте 52 лет.

Коротко о художнике.
Сергей Константинович Зарянко (настоящая фамилия Никитин) родился 24 сентября (по старому стилю) 1818 года в семье крепостных князя Любомирского в местечке Лядово Могилёвской губернии. Получив вольную, семья Никитиных перебралась в Санкт-Петербург, где будущий художник под фамилией Зарянко был зачислен в мещанское сословие. Первые художественные навыки получил у живописца В. М. Аврорина. Талант Зарянко заметил знаменитый русский живописец А. Г. Венецианов и помог ему в 1834 году определиться в вольноприходящие ученики Императорской Академии художеств.

Зарянко обучался в пейзажном классе М. Н. Воробьёва и сначала изображал интерьеры. В 1836 году за "Вид Фельдмаршальского зала в Зимнем дворце" он был отмечен малой серебряной медалью. В 1837 Сергей Константинович стал учеником А.Г. Венецианова. В 1838 году за "Вид Тронной залы" удостоился звания неклассного художника (уровень квалификации), после чего продолжал писать преимущественно перспективные виды. В 1841 году за картину "Рекреационная зала в Училище правоведения" был награждён большой серебряной медалью. В 1843 году за картину "Внутренность Морского Никольского собора" получил звание академика.

Живя в Москве, занимался исполнением образов для разных церквей и преподавал рисование. Вернувшись в Петербург, художник впервые серьёзно приступил к портретной живописи. Выставленные на академической выставке 1849 года два портрета (генерала П. К. Ломновского и певца О. Петрова), принесли художнику широкую известность. В 1850 году за портреты графа Ф.П. Толстого и ротмистра Д.В. Хвостова Академия присудила С.К.Зарянко звание профессора.
Всего Зарянко написал до сотни портретов.

1.

А.М. Колесов. Портрет художника С.К. Зарянко

В 1856 году художник получил должность инспектора и старшего профессора в Московском училище живописи и ваяния. В его классе учились художники, ставшие впоследствии гордостью русской живописи - Василий Перов, Василий Пукирев, Николай Неврев, Илларион Прянишников, Владимир Маковский.

2.

Портрет М.И. Аврориной. 1851. Холст, масло.

На портрете изображена Марфа Ивановна Аврорина (1817-?), жена художника Василия Михайловича Аврорина (1805-1855). С 1828 года Аврорин учился живописи у А.Г. Венецианова и по его поручению давал уроки 12-летнему Серёже Зарянко. В 1833 года Аврорин переехал в Москву и стал служить дьяконом в церкви Воскресения Христова. В 1845 году Зарянко жил у Аврориных и, видимо, в то время написал этот портрет.

3.

Портрет семьи Турчаниновых. 1848. Холст, масло.

На картине изображены директор Демидовского дома призрения трудящихся Андрей Петрович Турчанинов (1807-1862), его супруга Ольга Георгиевна и 11-летняя дочь Олимпиада. Андрей Петрович родился в семье выдающего русского композитора духовной музыки и матушки Олимпиады (урожд. Зайцевой). Турчанинов много лет возглавлял дом призрения, был членом комитета С.-Петербургской Николаевской детской больницы. Он автор очерка "Посадка на Валааме" (1850). Действительный статский советник с 1854 года. Награждён орденами Св.Владимира III степени, Св.Анны II степени с императорской короной, Св. Станиславом I степени.

4.

Портрет графини О.Э.Шуваловой. 1870. Холст, масло.

Ольга Эсперовна Шувалова (1839-1860), урождённая княжна Белосельская-Белозерская. В 1859-1860 гг. проживала с мужем графом П.А. Шуваловым в Париже. Была принята при дворе Наполеона III и императрицы Евгении. После возвращения в Россию графиня Шувалова оставила придворную жизнь и стала заниматься воспитанием 6-х детей. Занималась благотворительностью. Была попечительницей церкви при усадьбе Вартемяги. Содействовала открытию местной школы. Скончалась в возрасте 31 года, похоронена в усыпальнице графов Шуваловых в Храме мученицы Св. Софии. Портрет написан художником по дагерротипу.

5.

Девочка в голубом платье. Портрет Н.С. Зарянко. 1870.

Наталья Сеогеевна Зарянко была младшим ребёнком Сергея Константиновича и Анны Петровны Зарянко. В семье были два старших сына - Сергей и Николай. Став совершеннолетней, Наталья Сергеевна выбрала актёрскую профессию. В период с 1883 года по 1895 работала в составе Императорской русской драматической труппы, позднее служила в провинциальных театрах. Портрет Натальи Сергеевны Был куплен П.М.Третьяковым в 1871 году у овдовевшей Анны Петровны.

6.

Портрет поручика лейб-гвардии Гусарского полка Александра Дмитриевича Пономарева. 1855.

mi-ta-pe.livejournal.com

БОРОВИКОВСКИЙ Владимир - Портрет Марии Ивановны Лопухиной

Есть в Третьяковской галерее настоящая жемчужина русской живописи – необыкновенно нежный портрет молодой девушки, написанный В. Боровиковским. «Портрет Марии Лопухиной» был заказан художнику будущим мужем девицы, служившим в чине егермейстера при императоре Павле I.

Образ графини-отроковицы передан художником очень виртуозно через предметы и части пейзажа, которые призваны раскрыть чувственность, нежность, загадочность и непосредственность юности. Используя символы сентиментализма, Боровиковский подчеркивает и высвечивает черты характера и подчеркивает грани образа модели. Так, пейзаж, на фоне которого изображена юная модель, типично русский, неброский, простой, нежный и такой родной и понятный каждому русскому человеку. Детали пейзажа перекликаются со всем обликом Марии: склоненные колосья ржи повторяют изгиб ее тела, белые стволы берез перекликаются с платьем, небесно-голубые васильки перекликаются с цветом пояса, бледно-лиловая шаль вторит поникшим головкам роз.

Да и поза самой героини расслабленная, свободная подчеркивает непосредственность юности. Нежное, еще по-детски пухлое личико с легким румянцем украшает загадочная полуулыбка. Чувственные губы, слегка приоткрытый рот, улыбающиеся глаза – все это придает сходство с другим знаменитым портретом, небезызвестной Джокондой Леонардо да Винчи.

С помощью деталей-символов художник умело подчеркивает не только черты характера и красоту своей героини, но и ее социальный статус. Так изображение белых лилий на портрете, известный символ чистоты и невинности, подчеркивает юность, легкость и непосредственность. Ведь девушка, изображенная художником, находится в самом нежном возрасте, только вступает во взрослую жизнь, еще не зная, что ей уготовано судьбой. А роза – символ расцвета и замужества, рассказывают зрителю о том, что она уже готова к браку, к вступлению в новую взрослую жизнь. Готова из нежной девушки превратиться в красивую женщину. Еще в античности существовала традиция осыпать ложе новобрачных розовыми лепестками. А сам цветок всегда считался атрибутом самой Венеры – богини вечной любви и покровительницы брака. Известно, что Мария через некоторое время стала женой пожилого графа Лопухина.

Если долго смотреть на портрет, то возникает странное чувство: кажется, что Мария живая. Вот взгляд ее несколько насмешлив, высокомерен, еще секунда и она звонко рассмеется, а потом вдруг замечаешь, что девушка с портрета смотрит на зрителя по-детски непосредственно и совсем беззащитно.

Итак, молодая графиня Мария Лопухина, до замужества Толстая, двоюродная тетушка будущего великого писателя графа Льва Николаевича Толстого. В возрасте восемнадцати лет была выдана замуж за пожилого егермейстера его величества, графа Лопухина. Поговаривают, что брак этот не был счастливым, да и детей у супругов не было. Да и судьба красавицы сложилась трагически: в возрасте двадцати четырех лет молодая женщина скоропостижно скончалась от чахотки. Все, что осталось от нее, этот необыкновенный портрет и мистическая история, связанная с ним.

Красота и печальная судьба молодой графини настолько впечатлили представителей высшего света, что к дому вдовца – графа потянулись любопытствующие, желая взглянуть на красавицу-графиню, хотя бы на портрете. Вскоре по городу поползли слухи о том, что молодые девицы, взглянув на портрет Марии, в скором времени заболевали странной неизлечимой болезнью и умирали. В свете поговаривали о нескольких десятках молодых девушек из дворянских семей, пострадавших от странной картины. Мария смотрела с портрета так естественно и живо, что в свете стали поговаривать о том, что ее отец, граф Иван Толстой, бывший в свое время масоном, да не простым, а магистром; а также слыл в обществе мистиком и колдуном, заманил душу своей дочери в этот портрет. Именно поэтому, девушка выглядит как живая и губит молодые души.

Однако, когда спустя почти восемьдесят лет после всех событий, картину выкупил для своей коллекции известный меценат П.М. Третьяков, миф о портрете развеялся. Однако, и тут не обошлось без мистики. Привезя свое сокровище в галерею, Третьяков думал, куда лучше повесить портрет. И таки нашел место рядом с портретом князя Куракина. Ему показалось уместным и символичным такое соседство: оба портрета были написаны одним художником. Однако утром смотритель обнаружил, что портрет Куракина не просто упал на пол, развалилась и не поддавалась реставрации рама картины.

Третьяков не поленился выяснить, каково же было отношение этих персонажей при жизни. История оказалась настолько забавной, насколько мистичной: оказалось, Мария Лопухина терпеть не могла старого князя, известного любителя волочиться за женщинами. Не потерпела такого соседства и после смерти. Пришлось искать портрету другое место.

gallerix.ru

Лунная ночь (картина Крамского) — Википедия

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

Существуют другие картины с таким названием, см. Лунная ночь

«Лу́нная ночь» — картина русского художника Ивана Крамского (1837—1887), написанная в 1880 году. Она является частью собрания Государственной Третьяковской галереи ( 676). Размер картины — 178,8 × 135,2 см[1][2][3].

Во время работы над картиной автор также использовал названия «Старые тополя» и «Волшебная ночь», а на первых выставках картина была представлена под названием «Ночь»[1].

Крамской начал работу над картиной «Лунная ночь» в 1879 году. Картина была представлена на 8-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок («передвижников») в Санкт-Петербурге в 1880 году[1].

В 1880 году картина была приобретена у автора Сергеем Третьяковым и стала частью его коллекции. В 1892 году, после смерти Сергея Третьякова, по его завещанию картина была передана в Третьяковскую галерею[1][4][5].

Картина «Лунная ночь» считается одним из самых лирических полотен Крамского. На ней изображена женщина в белом платье, сидящая на скамье под деревьями при лунном свете[6].

В одной из ранних версий моделью для образа женщины была Анна Ивановна Попова (1860—1942), будущая жена Дмитрия Менделеева. Для окончательной версии картины художнику позировала вторая жена Сергея Третьякова — Елена Андреевна Третьякова (урождённая Матвеева)[1].

Искусствовед в своей книге о Крамском писала, что в этой картине художник «стремился к созданию поэтического образа волшебной лунной ночи, гармонического единения человека и природы, к раскрытию таинственного очарования лунного света, пробуждающего грёзы в душе юной мечтательницы, задумчиво сидящей на скамье старинного парка». Тем не менее, она отмечала, что Крамскому «не удалось избежать налета некоторой искусственной театральности»[7].

  1. 1 2 3 4 5 Государственная Третьяковская галерея — каталог собрания / Я. В. Брук, Л. И. Иовлева. — М.: Красная площадь, 2001. — Т. 4: Живопись второй половины XIX века, книга 1, А—М. — С. 311. — 528 с. — ISBN 5-900743-56-X.
  2. ↑ Крамской Иван Николаевич — Лунная ночь (неопр.) (HTML) (недоступная ссылка). Государственная Третьяковская галерея, www.tretyakovgallery.ru. Дата обращения 20 апреля 2014. Архивировано 3 мая 2016 года.
  3. ↑ Крамской Иван Николаевич — Лунная ночь, 1880 (неопр.) (HTML). www.art-catalog.ru. Дата обращения 20 апреля 2014.
  4. Л. П. Литвина. Сергей Михайлович Третьяков — гражданин и меценат (неопр.) (PDF) (недоступная ссылка). НИЦ Информкультура РГБ — infoculture.rsl.ru. Дата обращения 20 апреля 2014. Архивировано 16 января 2014 года.
  5. Татьяна Юденкова. Стремление быть полезным обществу… (К 175-летию со дня рождения Сергея Михайловича Третьякова) (неопр.) (PDF). Журнал «Третьяковская галерея» (№1, 2009)— www.tg-m.ru. Дата обращения 20 апреля 2014.
  6. Р. Кононенко. Иван Николаевич Крамской (Великие художники, том 13). — М.: Директ-Медиа и Комсомольская правда, 2009. — С. 42—43. — 48 с. — ISBN 978-5-87107-186-1.
  7. Иван Николаевич Крамской. — Л.: Художник РСФСР, 1989. — С. 76. — 216 с. — (Русские живописцы XIX века). — ISBN 5-7370-0041-9.

ru.wikipedia.org

Пукирева, Волкова, Маковского, Журавлева, Прянишникова, Матвеева, Репина и других.

Свадьба — один из самых праздничных дней в жизни женщины. Но только не в русском искусстве. Художники XIX века постоянно использовали тему женитьбы для создания работ трагических, бичующих всевозможные социальные пороки Российской империи. Разглядываем картины вместе с Софьей Багдасаровой.

«Неравный брак» и «Прерванное венчание» Василия Пукирева

Самая знаменитая картина на эту тему написана Пукиревым. Славе полотна способствовали и слухи, что художник запечатлел в работе собственную сердечную трагедию. Правда ли это — исследователи спорят до сих пор. Полтора десятилетия спустя мастер, так и оставшийся в истории искусства «художником одной картины», вернулся к теме в работе «Прерванное венчание». На вопрос о причине остановки этой свадьбы отвечает второе название картины — «Двоеженец».

Василий Пукирев. Неравный брак. 1862. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Василий Пукирев. Прерванное венчание. 1877. Азербайджанский государственный музей искусств, Баку

«Прерванное обручение» Адриана Волкова

В картинах передвижников и других русских реалистов второй половины XIX века часто можно встретить сцены из купеческой жизни, которую тогда же начинают активно высмеивать на театральной сцене, в особенности Островский. На этой изображен жених купеческой дочки, помолвка которого срывается из-за появления прежней возлюбленной с младенцем на руках. Скандал! По эскизу видно, что замысел был смелее: там дочка в белоснежном платье, то есть срывалась не помолвка, а само венчание.

Адриан Волков. Прерванное обручение (эскиз). Чувашский государственный художественный музей, Чебоксары

Адриан Волков. Прерванное обручение. 1860. Государственная Третьяковская галерея, Москва

«К венцу (Прощание)» и «Выбор приданого» Владимира Маковского

Известный художник-жанрист Владимир Маковский сравнения с Пукиревым не боялся: он писал свои свадебные картины 40 лет спустя. Но современный зритель и не заметит особой разницы в стиле их живописи. А подсказка прямо перед глазами — фасон свадебного платья. Хотя основной набор атрибутов неизменен — фата, венок из флердоранжа, белая ткань, но модный силуэт заметно поменялся. На картине Пукирева, написанной в 1862 году, — у невесты большой громоздкий кринолин; с таким из-под венца не убежишь. А вот у невест 1890-х юбка значительно сужена и выглядит намного более удобной. Любопытно, что невесты XXI века все-таки предпочитают фасон полуторавековой давности, с кринолинами.

Владимир Маковский. К венцу (Прощание). 1894. Самарский областной художественный музей, Самара

Владимир Маковский. Выбор приданого. 1897-1898. Харьковский художественный музей, Харьков

«Перед венцом» и «После венчания» Фирса Журавлева

Картина Журавлева «Перед венцом» за которую он получил звание академика, пользовалась такой популярностью, что он написал ее второй вариант. В первом, из Русского музея, полно свидетелей, причем костюмами и атрибутами явно подчеркивается: семья купеческая, то есть можно и посмеяться над ними. Второй вариант, из Третьяковской галереи, более лаконичен и трагичен: тут дело только между отцом и дочерью. Картину называли и «Благословение невесты», и «Брак по приказу»… В более позднем полотне, «После венчания», и интерьер изящный, аристократический, и отец-дворянин (у него нет бороды, и на шее не круглая медаль, а крест). А невеста все равно рыдает.

Фирс Журавлев. Перед венцом. 1874. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Фирс Журавлев. Перед венцом. До 1874. Государственная Третьяковская галерея, Москва

Фирс Журавлев. После венчания. 1874. Тамбовская областная галерея, Тамбов

«В ожидании шафера» Иллариона Прянишникова

Однако похвалить русских художников за оригинальность трагической темы нельзя: ровно в те же годы по всей Европе везде пишут полотна про несчастливых невест. В викторианскую эру, когда стал господствовать капитал и развелось много богатых стариков, тема неравных браков стала весьма актуальной. Кроме того, плачущие девушки в белом просто эффектно смотрятся! Названия картин говорят за себя: «Пока смерть не разлучит нас» (Эдмунд Блэр Лейтон), «Несчастная невеста» (Огюст Толмуш), «Первая слеза» (Норберт Гёнётт), «Отвергнутая невеста» (Эдуард Свобода) и так далее…

Илларион Прянишников. В ожидании шафера. 1880-е. Серпуховский историко-художественный музей, Московская обл., Серпухов

Илларион Прянишников. У тихой пристани. 1893. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

«Свадьба в тюрьме» Николая Матвеева

Впрочем, одним русское искусство отличалось от европейского: живописцы были прогрессивными, либерально относились к многочисленным арестантам. Ведь это были политзаключенные — боровшиеся с режимом революционеры и террористы, герои и подвижники, как считало интеллигентное общество той поры. Отсюда такие доброжелательные тюремные картины, как «Не ждали» и «Отказ от исповеди» Репина, «Всюду жизнь» Ярошенко, «По этапу» Владимира Маковского и т. д. Поэтому неудивительно появление картины про венчание заключенного. Невеста, увы, не в белом, но зато теперь ей намного легче будет получать разрешение на визит.

Николай Матвеев. Свадьба в тюрьме. 1890. Национальный музей изобразительного искусства, Кишинев

«Венчание Николая II и Александры Федоровны» Лаурица Туксена и Ильи Репина

Невеста на этих картинах — гессенская принцесса Алиса, в православии — Александра Федоровна, и, конечно, она совсем не печальна. Наоборот, торжествует. Спустя пять лет ожидания ее мечты о браке с любимым, да вдобавок императором, осуществились, как бы ни возражали родственники жениха. Но мы-то знаем, что эта свадьба — самая печальная из всех. Потому что она настоящая, а не придуманная живописцем. И приведет к трагедии не только этой семьи, но целой страны.

Илья Репин. Венчание Николая II и Александры Федоровны. 1894. Государственный Русский музей, Санкт-Петербург

Лауриц Туксен. Венчание Николая II и Александры Федоровны. 1895. Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург

www.culture.ru

Золотая галерея русской живописи.Владимир Лукич Боровиковский (1757


Портрет М.И.Лопухиной, 1797, Государственная Третьяковская галерея, Москва

Портрет Марии Ивановны Лопухиной (1779–1803), урожденной графини Толстой был написан в эпоху сентиментализма, когда в центре внимания художника оказывается мир человеческих чувств, переживаний и настроений. В эти же годы в искусстве начинает осознаваться красота природы, ее эстетическая ценность. В природе или, как тогда говорили, натуре, видели отражение сложных движений человеческой души, тонкие созвучия внутреннему миру.
Природа, среди которой уединилась молодая женщина, напоминает уголок пейзажного парка дворянской усадьбы - прекрасный, полный естественной прелести и чистоты мир. Вянущие розы, лилии навевают легкую грусть, раздумья об уходящей красоте. Элегическая мечтательность, томная нежность пронизывают всю художественную ткань произведения.
Вся композиция пронизана медленными, текучими ритмами. Плавному изгибу фигуры, мягко опущенной кисти руки вторят клонящиеся ветви деревьев, белые стволы берез, колосья ржи. Неясные размытые контуры создают впечатление прозрачной дымки, легкой воздушной среды. Нежная голубизна небес, приглушенная зелень листвы, золото колосьев с яркими вкраплениями васильков перекликаются по цвету с жемчужно-белым платьем, голубым поясом и поблескивающим украшением на руке. Сиреневому шарфу вторят оттенки увядающих роз.
В портрете Лопухиной впервые в русской живописи возникает прекрасный союз телесного и духовного начала, мир природы и человек сливаются в неразрывное гармоническое целое.


Лизонька и Дашенька, 1794, Государственная Третьяковская галерея, Москва

На небольшом овальном портрете изображены две очаровательные девушки – крепостные близких друзей Боровиковского Львовых. Николай Александрович взял их в дом на воспитание, когда они были еще совсем детьми. Девушки славились своим умением исполнять народные танцы.Портрет проникнут духом сентиментализма со свойственной ему идеализацией «простого человека», крестьянина – непосредственного, бесхитростного, естественного, как сама природа. Эти персонажи обладают не столько развитым интеллектом и глубоким образованием, сколько чистым сердцем и открытой душой.
Очарованный прелестью и молодостью своих героинь, Боровиковский стремится представить их зрителю в самом привлекательном виде. Девушки обладают изящными манерами, они легко и естественно носят одежду и украшения, более привычные для представительниц привилегированных сословий. На них светлые платья, напоминающие античные туники, волосы, падающие легкими кудрями на плечи, украшены цветами и обручем, напоминающим по форме кокошник. Весь облик героинь должен был демонстрировать изящную простоту и красоту естественности. Колорит вполне соответствует настроению, царящему в портрете. Это светлые, очень тонко и богато разработанные голубовато-жемчужные, блеклые зеленые тона с вкраплениями золотистого.
Для художника было особенно важно подчеркнуть нежную чувствительность героинь портрета. Прильнувшие друг к другу головки олицетворяют сердечную привязанность, демонстрируют сладостное чувство дружбы, почитаемое в эпоху сентиментализма самым возвышенным


Портрет Елены Александровны Нарышкиной, 1799, Государственная Третьяковская галерея, Москва

Очаровательная юная девушка в изысканно-скромном, так называемом, ампирном платье, с легкими кудрями, небрежно разметавшимися по плечам, с легкой улыбкой взирает на зрителя. Ее окружает зелень парка, рядом с ней - цветущий розовый куст.
Портрет Елены Александровны Нарышкиной (1785-1855) был написан Боровиковским в последний год XVIII столетия, когда уходила в историю эпоха сентиментализма с ее томностью, чувствительностью, меланхолией и все сильнее давал о себе знать наступающий поздний классицизм. Влияние его строгой, ясной стилистики вторгается в ткань нежного женского образа. Четче, по сравнению с более ранними портретами, стал рисунок, локальнее цвет, определеннее момент позирования модели перед художником.
Очарование и красота героини портрета вызывают интерес к ее личности. Нарышкина была дочерью обер-камергера. В первом браке она была замужем за сыном полководца А.В. Суворова, князем Италийским, графом Суворовым-Рымникским, во втором браке – за князем Голицыным. Елена Александровна была дружна с поэтами В.А. Жуковским и И.И. Козловым. Она обладала яркими музыкальными способностями, и итальянским композитор Дж. Россини написал в ее честь кантату.


Портрет Великой княжны Марии Павловны, 1800

Портрет княжон А. Г. и В. Г. Гагариных, 1802,Третьяковская галерея, Москва

На портрете изображены дочери действительного тайного советника князя Гагарина. Одна из изображенных – Анна Гавриловна (1782-1856), выйдя замуж за майора Головина, основала в его подмосковном имении Деденево (Новоспасское) женское общежитие, на основе которого в 1861 году возник Спасо-Влахернский женский монастырь. О второй героине портрета - Варваре Гавриловне (1784-1808), умершей в молодом возрасте, почти ничего не известно.
Девушки, изображенные на фоне зелени парка, заняты музыкой. Одна из них поет, держа в руке ноты, другая аккомпанирует ей на гитаре. Художественный, выразительный язык этого портрета стал более ясным и определенным, чем в ранних произведениях Боровиковского. Яркий, локальный, насыщенный колорит, сменивший холодноватые серебристые тона его первых работ, не потерял своей красоты и изысканности. Контуры предметов приобрели графическую ясность и четкость. Изящной линией очерчен красновато-коричневый корпус гитары. Этот цвет гармонично сочетается с розовым шарфом и серым платьем одной из девушек.


Клеопатра Ильинична Лобанова-Ростовская

Портрет Великой княжны Александры Павловны

Портрет Ольги Кузьминичны Филипповой,1790, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург


Портрет Ольги Кузьминичны Филипповой (1772-1829), жены близкого друга художника – один из самых ранних портретов Боровиковского. Чутко улавливая новые веяния в культуре, связанные со становлением сентиментализма, мастер стремится представить свою героиню в свободном, естественном состоянии. Он показывает ее в домашнем костюме, в непринужденной позе, ее задумчивое лицо доверчиво обращено к зрителю.
Светлая фигура в белом изображена на воздушном пейзажном фоне, что делает ее бесплотной, почти бестелесной. Тонкие голубовато-серые и розовые, оливково-белые и красноватые оттенки, которыми написано лицо, белая ткань одежды и мягко написанные каштановые волосы, незаметно переходят в пепельно-лиловые и зеленоватые тона пейзажа, погруженного в туманную дымку.


Портрет княгини Анны Петровны Гагариной,1801

Портрет Екатерины Владимировны Родзянко, 1821

Портрет дамы,1798

Портрет Марфы Дуниной,1799

Портрет Дарьи Семеновны Яковлевой,1801г

Портрет А. Г. и А. А. Лобановых-Ростовских, 1814

Портрет княгини Маргариты Ивановны Долгорукой,1810

Портрет императрицы Марии Фёдоровны

Портрет Скобеевой,1790

Портрет княгини Елизаветы Григорьевны Темкиной,1798

Портрет княжны Гагариной,1801

Портрет Варвары Андреевны Томиловой

Портрет Луизы Жермен де Сталь,1812

Портрет Елизаветы Ивановны Неклюдовой

Екатерина II на прогулке в Царскосельском парке,1800

Портрет Д. А. Державиной, 1813

Графиня Екатерина Михайловна Рибопьер

Вера Ивановна Арсеньева

Портрет Софьи Алексеевны Раевской,1813

Оленина Елизавета Марковна

Портрет Екатерины Васильевны Торсуковой,1795

Екатерина Николаевна Давыдова,1796

Великая княжна Елена Павловна,1799

Портрет А. И. Безбородко с дочерьми ,1803

Портрет Екатерины Александровны Новосильцевой

Портрет неизвестной в белом платье

Портрет Княгини Н.И. Куракиной,1795

Портрет торжковской крестьянки Аксиньи, 1795



Нарышкина Елена Александровна,1790

Дети с барашком,начало 1790-х

kolybanov.livejournal.com

Женщины в картинах знаменитых зарубежных художников (более 100 картин)

Приближается Международный Женский День, и поэтому свою публикацию я хочу посвятить милым и очаровательным женщинам — ведь без них человечество просто не существовало бы. В этой публикации вы сможете увидеть женщин разных эпох, народов, национальности, возрастов, социального и семейного положения, взглядов на мир, реальных и вымышленных, таких, какими их видели запечатлевшие их художники, и какими они притягивали восхищенные взгляды зрителей в свое время и продолжают притягивать много веков спустя.

Рафаэль Санти “Дама под покрывалом (Донна Велата)”

Джон Уильям Уотерхаус “Прекрасная Розамунда”

Джеймс Эббот Макнил Уистлер “Каприз в пурпурном и золотом”

Франческо Айец “Певица Матильда Джува-Бранка”

Клод Моне “Дама в саду”

Гюстав Моро “Единороги”

Фредерик Лейтон “Девушка кормящая павлинов”

Эдгар Дега “Балет”

Альфонс Муха “Зодиак”

Клод Моне “Женщина с зонтиком”

Огюст Ренуар “Большие купальщицы”

Поль Гоген “Таитянские пасторали”

Джованни Больдини “Прогулка в парке”

Франц Винтерхальтер “Княгиня Татьяна Александровна Юсупова”

Огюст Ренуар “Зонтики”

Жан Огюст Доминик Энгр “Портрет графини Луизы д'Оссонвиль”

Гюстав Моро “Галатея”

Александр Кабанель “Рождение Венеры”

Альфонс Муха “Зима”

Альфонс Муха “Осень”

Альфонс Муха “Лето”

Франц Крюгер “Портрет императрицы Александры Федоровны”

Джеймс Тиссо “Девушки, разглядывающие японские безделушки”

Данте Габриэль Россетти “Возлюбленная (Невеста)”

Гюстав Курбе “Женщина с попугаем”

Джеймс Эббот Макнил Уистлер “Симфония в белом”

Гюстав Курбе “Девушки на берегу Сены”

Эдуард Мане “Бар в Фоли-Бержер”

Жан Огюст Доминик Энгр “Портрет мадам Инес Муатесье”

Поль Гоген “Ее звали Вайраумати”

Фредерик Лейтон “Пылающий июнь”

Иоганн Фредерик Овербек “Италия и Германия”

Жан Огюст Доминик Энгр “Жанна д'Арк на коронации карла 7 в реймсском соборе 17 июля 1429 года”

Джон Уильям Уотерхаус “Магический круг”

Жан Огюст Доминик Энгр “Большая одалиска”

Клод Моне “Камилла Моне в японском костюме”

Эдуард Мане “Олимпия”

Джеймс Тиссо “В ожидании парома”

Гюстав Моро “Саломея танцующая перед Иродом”

Энтони Сэндис “Фея Моргана”

Адольф Бугро “Рождение Венеры”

Джон Уильям Уотерхаус “Леди Шалот”

Никола Ланкре “Портрет танцовщицы Камарго”

Питер Рубенс “Вирсавия возле фонтана”

Джорджоне “Спящая Венера”

Антонис ван Дейк “Портрет маркизы Елены Гримальди Каттанео”

Лукас Кранах старший “Венера и Амур”

Себастьяно Риччи “Диана и Каллисто”

Томас Гейнсборо “Портрет достопочтенной миссис Грэм”

Франсиско Гойя “Зонтик”

Никола де Ларжильер “Элизабет Трокмортон”

Ангелика Кауфман “Портрет дамы в образе Венеры”

Ян Вермер “Молочница”

Жан Оноре Фрагонар “Молодая девушка за чтением”

Караваджо “Святая Екатерина Александрийская”

Аньоло Бронзино “Портрет Элеоноры Толедской с сыном Джованни”

Тициан “Венера Урбинская”

Якопо Амигони “Юпитер и Каллисто”

Леонардо да Винчи “Дама с горностаем”

Жан Оноре Фрагонар “Качели”

Франсуа Буше “Туалет Венеры”

Жан-Батист Шарден “Молитва перед обедом”

Франсуа Буше “Юпитер и Каллисто”

Франсуа Буше “Туалет Венеры”

Диего Веласкес “Венера перед зеркалом”

Франсуа Буше “Диана после купания”

Иоганн Баптист Лампи старший “Портрет императрицы Екатерины II с аллегорическими фигурами Крепости и Истины

Тициан “Даная”

Уильям Хогарт “Портрет Мэри Эдвардс”

Корреджо “Юпитер и Ио”

Ян Вермер “Молодая женщина с кувшином”

Ян Госсарт “Даная”

Ян ван Эйк “Портрет Маргариты ван Эйк”

Ян Вермер “Девушка с жемчужной сережкой”

Франсиско Гойя “Маха обнаженная”

Питер Рубенс “Соломенная шляпка (Сусанна Фоурмен)”

Мартен ван Хемскерк “Портрет Анны Кодде”

С. Кендрик «Зимняя роза»

Леонардо да Винчи “Мона Лиза”

Пьеро ди Козимо “Портрет Симонетты Веспуччи”

Аньоло Бронзино “Портрет Лукреции Панчатики”

Рембрандт “Даная”

Франсуа Буше “Отдыхающая девушка”

Сандро Боттичелли “Рождение Венеры”

Ян Сиберехтс “Пастушка”

Симон Вуэ “Аллегория богатства”

Тициан “Венера перед зеркалом”

Петрус Кристус “Портрет девушки”

Рафаэль Санти “Поэзия”

Леонардо да Винчи “Леда с лебедем”

Леонардо да Винчи “Портрет Беатриче д'Эсте”

Клод Моне “Девушки в лодке”

Леонардо да Винчи “Женщина с распущенными волосами”

Рубенс “Портрет Елены Фоурмен”

Рафаэль Санти “Портрет Иоанны Арагонской”

Рафаэль Санти “Портрет молодой женщины с единорогом”

Рафаэль Санти “Портрет Элизабет Гонзаго”

Сандро Боттичелли “Весна”

Сандро Боттичелли “Женский портрет”

Сандро Боттичелли “Портрет Симонетты Веспуччи”

Рубенс “Портрет Марии Серра Паллависи”

Рафаэль Санти “Портрет Маддалены Дони”

Клод Моне “Дамы в саду”

Сандро Боттичелли “Возвращение Юдифи”

Леонардо да Винчи “Портрет Джиневры де Бенчи”

Рафаэль Санти “Донна Гравида”

Рубенс “Туалет Венеры”

Леонардо да Винчи “Портрет Лукреции Кривели”

Леонардо да Винчи “Леда”

Клод Моне “Читатель”

Рубенс “Шубка”

Рафаэль Санти “Портрет дамы”

Леонардо да Винчи “Голова девушки”

Франц Винтерхальтер “Императрица Евгения в окружении фрейлин”

babiki.ru

Боровиковского, Брюллова, Кустодиева и других.

Мы знаем их в лицо и любуемся красотой в расцвете молодости. Но как жили эти женщины дальше, после того, как картина была закончена? Иногда их судьба оказывается удивительной. Вспоминаем с Софьей Багдасаровой.

Сарра Фермор

И.Я. Вишняков. Портрет Сарры Элеоноры Фермор. Около 1749–1750. Русский музей

Картина Вишнякова — один из самых прелестных образцов русского рококо и один из самых знаменитых портретов эпохи императрицы Елизаветы Петровны. Особенно эффектен контраст между ребяческой прелестью 10-летней девочки и тем, что она все пытается делать «как взрослая»: принимает правильную позу, держит веер согласно этикету, старательно сохраняет осанку в корсете придворного платья.

Сарра — дочь генерала Виллима Фермора, обрусевшего шотландца на русской службе. Это он взял нам Кёнигсберг и всю Восточную Пруссию, а на гражданской службе после пожара отстроил классицистическую Тверь в том виде, который восхищает нас сейчас. Мать Сарры тоже была из шотландского рода — из Брюсов, причем приходилась племянницей знаменитому Якову Брюсу, «колдуну с Сухаревой башни».

Сарра была выдана замуж по тем временам поздно, в 20 лет, за своего ровесника Якоба Понтуса Стенбока — представителя графской шведской семьи (из нее даже вышла одна шведская королева). Стенбоки к тому времени перебрались в российскую Эстляндию. Супруги жили, скажем прямо, неплохо: достаточно сказать, что это в их дворце в Таллине сейчас размещаются помещения эстонского премьер-министра и зал заседаний правительства. Сарра, по некоторым указаниям, стала матерью девяти детей и скончалась уже при императоре Александре I — то ли в 1805 году, то ли вообще в 1824-м.

Мария Лопухина

В.Л. Боровиковский. Портрет М.И. Лопухиной. 1797. Третьяковская галерея

Боровиковский написал множество портретов русских дворянок, но этот — самый чарующий. В нем все приемы мастера применены так искусно, что мы и не замечаем, каким именно способом нас околдовывают, как создается очарование этой барышни, которой почти сто лет спустя Яков Полонский посвящал стихи («...но красоту ее Боровиковский спас»).

Лопухиной на портрете 18 лет. Ее непринужденность и чуть надменный взгляд кажутся то ли обычной позой для подобного портрета эпохи сентиментализма, то ли признаками меланхолического и поэтического нрава. Но каким на самом деле был ее характер, мы не знаем. При этом Мария, оказывается, была родной сестрой Федора Толстого (Американца), известного своим вызывающим поведением. Удивительно, но если взглянуть на портрет ее брата в молодости (Государственный музей Л.Н. Толстого), то мы увидим ту же вальяжность и расслабленность.

Влюбиться в Третьяковке

Портрет был заказан ее мужем, Степаном Лопухиным, вскоре после свадьбы. Лопухин был старше Марии на 10 лет и происходил из богатого и знатного рода. Через шесть лет после написания картины девушка умерла — от чахотки. Через 10 лет умер и ее муж. Поскольку они были бездетными, картину унаследовала единственная выжившая дочь Федора Толстого, у которой в 1880-х годах ее и купил Третьяков.

Джованнина Пачини

К.П. Брюллов. Всадница. 1832. Третьяковская галерея

«Всадница» Брюллова — блистательный парадный портрет, в котором роскошно все — и яркость красок, и пышность драпировок, и красота моделей. Русскому академизму есть чем гордиться.

На нем написаны две девочки, носившие фамилию Пачини: старшая Джованнина сидит на лошади, младшая Амацилия смотрит на нее с крыльца. Но имели ли они право на эту фамилию, до сих пор не ясно. Картину Карлу Брюллову — своему многолетнему возлюбленному — заказала их приемная мать, графиня Юлия Самойлова, одна из красивейших женщин России и наследница колоссального состояния Скавронских, Литта и Потемкина. Бросив первого мужа, Самойлова уехала жить в Италию, где в ее салоне бывали и Россини, и Беллини. Своих детей у графини не было, хотя она еще дважды выходила замуж, один раз — за молодого и красивого итальянского певца Пери.

Лекция. Археология масонского взгляда: «Последний день Помпеи» Карла Брюллова

По официальной версии, Джованнина и Амацилия были родными сестрами — дочерьми автора оперы «Последний день Помпеи», композитора Джованни Пачини, друга (и, по слухам, возлюбленного) графини. Она забрала их в свой дом после его смерти. Однако, судя по документам, у Пачини была только одна дочь —младшая из девочек. Кто была старшая? Есть версия, что ее вне брака родила сестра того самого тенора Пери, второго мужа Самойловой. А может, у графини с девочкой была и более тесная родственная связь... Недаром «Всадницу» сначала считали портретом самой графини. Повзрослев, Джованнина вышла замуж за австрийского офицера, капитана гусарского полка Людвига Ашбаха, и уехала с ним в Прагу. Самойлова гарантировала ей большое приданое. Однако, поскольку к старости графиня разорилась (ей пришлось выплачивать третьему мужу, французскому аристократу, огромные алименты), обе «дочери» взыскивали со старухи «матери» обещанные деньги через адвоката. Самойлова скончалась в бедности в Париже, дальнейшая же судьба ее воспитанниц неизвестна.

Елизавета Мартынова

К.А. Сомов. Дама в голубом. 1897–1900. Третьяковская галерея

«Дама в голубом» Сомова — один из символов живописи Серебряного века, по выражению искусствоведа Игоря Грабаря — «Джоконда современности». Как и в картинах Борисова-Мусатова, здесь не только наслаждение красотой, но и любование уходящим очарованием помещичьей России.

Елизавета Мартынова, которая позировала Сомову на портрете, была, видимо, одной из немногочисленных женских симпатий художника. Художник познакомился с ней, дочерью врача, во время учебы в Императорской Академии художеств — она была в числе учеников набора 1890 года, когда женщинам впервые разрешили поступать в это учебное заведение. Удивительно, но произведений самой Мартыновой, кажется, не сохранилось. Однако ее портреты писали не только Сомов, но и Филипп Малявин и Осип Браз. Вместе с ней училась Анна Остроумова-Лебедева, которая в своих мемуарах мимоходом отметила, что, хотя Мартынову писали всегда высокой статной красавицей, на самом деле она была маленького роста. Характер у художницы был эмоциональный, гордый и легкоранимый.

Сомов писал ее несколько раз: в 1893 году акварелью в профиль, через два года — карандашом, а в 1897 году он создал ее небольшой портрет маслом на фоне весеннего пейзажа (Астраханская художественная галерея). Эту же картину он создавал с перерывами три года: из них художник два провел в Париже, а Мартынова для лечения болезни легких на долгое время поселилась в Тироле. Лечение не помогло: примерно через четыре года после окончания полотна она скончалась от чахотки в возрасте около 36 лет. Семьи у нее, видимо, не было

Галина Адеркас

Б.М. Кустодиев. Купчиха за чаем. 1918. Русский музей

Хотя «Купчиха за чаем» Кустодиева написана в послереволюционном 1918 году, для нас она — настоящая иллюстрация той яркой и сытой России, где ярмарки, карусели и «хруст французской булки». Впрочем, Кустодиев после революции своим любимым сюжетам не изменял: для человека, до конца жизни прикованного к инвалидному креслу, это стало формой эскапизма.

Для купчихи в этом портрете-картине позировала Галина Адеркас — натуральная баронесса из рода, ведущего свою историю аж от одного ливонского рыцаря XIII века. Одна из баронесс фон Адеркас даже была воспитательницей Анны Леопольдовны.

В Астрахани Галя Адеркас была соседкой Кустодиевых по дому, с шестого этажа; в студию девушку привела жена художника, приметив колоритную модель. В этот период Адеркас была совсем молода, студентка-первокурсница медицинского факультета. И честно говоря, на набросках ее фигура выглядит гораздо тоньше и не такой внушительной. Изучала она, как говорят, хирургию, но увлечения музыкой увели ее в другую сферу. Обладательница интересного меццо-сопрано, в советские годы Адеркас пела в составе русского хора в Управлении музыкального радиовещания Всесоюзного радиокомитета, участвовала в озвучивании фильмов, но большого успеха не добилась. Вышла замуж она, судя по всему, за некоего Богуславского и, возможно, стала выступать в цирке. В Рукописном отделе Пушкинского Дома даже хранятся рукописные воспоминания за авторством Г.В. Адеркас, озаглавленные «Цирк — это мой мир...». Как сложилась ее судьба в 30-е и 40-е годы — неизвестно.

www.culture.ru


Смотрите также